Files
MikrotikManager/docs/mcp-stand-run-a-plan.md
T

96 KiB
Raw Blame History

Прогон A этапа 3: план стендовой приёмки на двух CHR

Составлен 16 ноября 2026 года только чтением репозитория и tmp/. На стенде ничего не запускалось: SSH и REST к CHR и VPS не использовались, скрипты, включая режимы --check-only, не выполнялись. Пункты плана взяты из плана завершения, раздел «Этап 3», абзац «Прогон A».

Обозначения: [ист.: файл] означает, что факт прочитан в указанном файле; [вывод] означает вывод автора плана, на стенде он не проверен. Пароли, ключи и токены в документе отсутствуют намеренно.

Главный вывод. В текущем виде прогон A запустить нельзя. Все готовые раннеры привязаны к прежнему состоянию стенда, к пользователю admin, к прямому REST с Windows и к закреплённым SHA-256 эталонам. После переустановки CHR нужен локальный этап адаптации (фаза 0) и решения владельца (раздел 2). Только после этого можно начинать стендовые фазы.

1. Цель и критерий «принято» по пунктам

Цель: за одну стендовую сессию на CHR1 194.226.121.150 и CHR2 104.165.244.7 (RouterOS 7.24.5) закрыть пункты прогона A. По правилу этапа 3 каждый пункт пишет отдельную квитанцию. Исходы failed и unknown не перекрашиваются [ист.: mcp-completion-plan.md, этап 3].

# Пункт «Принято» означает Квитанции (появятся в новом tmp/owned-windows-vrf-<24 hex>/work/ или новом каталоге прогона)
A1 VRF: отпечаток стабильных полей при активации GRE Для каждого кадра (до второго GRE, сразу после ACK и через 2, 5, 10 и 20 с) записан SHA-256 стабильных полей каждой строки опыта. Записаны также foreignSha256 чужих строк. Между кадрами меняются только поля из закрытого списка динамических. Предлагаемый список [вывод, утверждает владелец по D12]: running, last-link-*, link-downs, actual-mtu, появление immediate-gw и строки afi=link в /routing/route. По передаче status и immediate-gw пока остаются под строгой сверкой, их перевод в динамические и есть решение, которое A1 должен обосновать. Сборщик не отказывает на четвёртой категории /routing/route. Очистка подтверждена child.json (greActivationDiagnostic.frames из 5 кадров, без refusal), terminal.json, cleanup-gre-diagnostic-receipt.jsonl. Основание: [ист.: mcp-handoff-vrf-20261115.md, стр. 25–33]
A2 VRF: полный прогон на 56 записей и трафик при смене участников Вариант local-windows-direct-56-write-vrf-gre-ready-26cf03f3 завершился с complete=true, caseChecksPassed=true, nativeCleanupVerified=true. Пройдены фазы baseline, isolated и restored с проверкой пакетов через /ping в VRF. Записей не больше 56 child.json (membership), terminal.json, отчёт reconcile-successor-journal.mjs. [ист.: mcp-handoff-vrf-20261115.md, стр. 17–21; payload/acceptance/static-vrf/membership-forwarding.mjs]
A3 ROUTING: A → B → A после правки сверки Повтор сценария V63: одно переключение A → B и возврат на том же native route ID, шесть окон трафика, два решения владельца. Независимая сверка каталогов, теперь включающая /ip/dhcp-client с исключением только expires-after, совпала. Временных объектов не осталось. Общая квитанция без native-topology-final Аналог focused-v63-dhcp-conservation/stage-receipts.json с dhcpCatalogueInIndependentReceipt=true и положительным итогом (имя поля итога в новой квитанции не задано [вывод]). [ист.: mcp-routing-v63-stage-review-20261115.md]
A4 WireGuard / IPsec / GRE: жизненный цикл с трафиком Для каждого типа туннеля пройдены создание, подтверждение по ACK и read-back, трафик (ping/bandwidth-test со счётчиками байтов или SA), удаление и сверка исчезновения. Для IPsec обязательно наличие installed-sa с ростом current-bytes WG и GRE: те же квитанции A1/A2 (WG peers и GRE создаются и удаляются в этих вариантах, [ист.: work/terminal.json прогона 6d1346…, журнал из 18 записей]). IPsec: готового сценария на пути MCP нет (см. фазу 0)
A5 NetFlow: захват IPFIX с реального RouterOS Сохранены исходные байты IPFIX (pcap/pcapng) от CHR, снятые в окнах трафика A2/A3. Разбор существующим парсером backend/src/services/traffic-flow-parse.ts даёт шаблоны и данные, видны observation domain, ifIndex, порты и счётчики, согласующиеся с окном трафика. Экспорт выключен, цель удалена, каталог /ip/traffic-flow* равен базовому Новая квитанция ipfix-capture.json и pcap. Требование: [ист.: mcp-native-remaining-blocks-20261031.md, N7; mcp-handoff-20261115.md, строка NetFlow]
A6 Нестабильные сценарии Edge (39 из 41) См. фазу 6: это локальный прогон с синтетическим API, а не стендовый сценарий. «Принято» = N повторов того же набора без повторов внутри прогона, все зелёные. Число N решает владелец Логи Playwright. [ист.: mcp-remaining-work-20261026.md, стр. 11]
A7 Нестабильные сценарии маршрутизации (203 из 205) См. фазу 6: локальный набор из 205 тестов, два отказа (scoped transport fixes one PATCH… и ignores DHCP lease countdown…) исправлены правкой теста и доступом к loopback. «Принято» = N повторов без отказов [ист.: focused-v63-dhcp-conservation/stage-local-tests.log, стр. 18, 204–229; mcp-routing-v63-stage-review-20261115.md, стр. 15]

2. Предусловия и решения владельца

2.1. Факты о стенде на 16 ноября

  • Оба CHR на 7.24.5, 1 vCPU, 1 ГиБ ОЗУ, около 790 МиБ свободно. Uptime CHR1 5 ч, CHR2 2,5 ч [ист.: tmp/stand-snapshot-20261116/mm-chr{1,2}-state.txt].
  • Конфигурация по умолчанию: ether1 с DHCP-клиентом client1 и статическим маршрутом по умолчанию. На CHR1 ssh, www и winbox ограничены адресами 161.104.46.222, 109.174.26.78 и 87.103.241.8. На CHR2 ограничений /ip/service нет [ист.: mm-chr{1,2}-export.rsc].
  • Решено: адрес 195.195.195.195 на ether1 CHR2 был заглушкой установки, владелец его удалил. Базовое состояние CHR2 совпадает с CHR1. Сохранённый mm-chr2-export.rsc устарел на эту одну строку. Снимок не правится, новый снимок снимается в фазе 1 [ист.: сообщение владельца через координатора, 16.11].
  • На VPS mm-vps (Debian 13, ядро 6.12) 1973 МиБ ОЗУ, свободно 119 МиБ (available 1085 МиБ), swap 4 ГиБ. Диск 25 ГБ, свободно 2,2 ГБ (91 %). Работают 4 контейнера mmapp-test. Лежат десятки старых образов по 0,4–1 ГБ [ист.: mm-vps-state.txt].
  • Доступ: SSH-ключ (алиасы mm-chr1, mm-chr2, пользователь claude, группа full). REST по HTTP :80 с паролем из CHR1_CLAUDE_PASSWORD / CHR2_CLAUDE_PASSWORD, по условиям постановки доступен только с VPS [ист.: постановка задачи].

2.2. Блокеры, найденные в файлах

# Блокер Где видно
B1 Раннеры жёстко используют REST-пользователя admin. Текущий пользователь стенда claude focused-vrf-membership-forwarding/windows-local.py ('username': 'admin'), wan-curl.py (user = "admin:…"), manual-v63-test-owner/run-manual-candidate-v63-reviewed.py (CHR {sid} admin password)
B2 Пароли вводятся только с TTY через getpass: assert sys.stdin.isatty(). В cleanup-direct.py apply и wan-curl.py есть жёсткие проверки формата пароля. С паролями из переменных окружения это несовместимо без правки windows-local.py, cleanup-direct.py (focused-vrf-membership-forwarding), wan-curl.py
B3 (снят решением D1 = Windows) Windows-раннеры обращаются к CHR напрямую по :80. relay-options.mjs допускает только hostname ∈ {194.226.121.150, 104.165.244.7}, порт 80 и agent:false. Проброс порта SSH на localhost эту проверку не пройдёт. Если REST доступен только с VPS, Windows-раннер не достучится owned-windows-vrf-*/payload/acceptance/relay-options.mjs, windows-local.py (overlay relay-options.mjs)
B4 Все раннеры закреплены SHA-256: CASE_HASH, overlay-pins.json, diagnostic-pins.json / EXPECTED_PINS, PINS в V63. Любая правка из B1–B3, B5 и B6 требует перевыпуска пинов и нового ревью vrf-r2-gre-readiness/windows-successor.py, vrf-r2-gre-liveness-review/windows-gre-diagnostic.py, run-manual-candidate-v63-reviewed.py
B5 Поправка сборщика sampler-projection.mjs нигде не подключена. Это функция-преобразование исходника (applyGreRibProjectionFix), её вызывает только тест через registerHooks. Ограничение selected.length <= 3 стоит в vrf-r2-gre-liveness-review/gre-liveness.mjs:84. Правка этого файла меняет метаданные diagnostic-pins.json vrf-r2-gre-activation-review/sampler-projection{,.test}.mjs, gre-liveness.mjs:84
B6 A1 по существу. Сборщик gre-liveness.mjs для строк опыта сохраняет только динамические поля (running, actualMtu, status, flags, lastLink*, linkDowns). Стабильные поля (local-address, remote-address, comment, disabled, type, vrf) он лишь проверяет assert и не записывает. Отпечатка стабильных полей строк опыта в квитанции не будет, чужие строки покрыты foreignSha256. Нужна небольшая доработка: SHA-256 стабильной проекции каждой строки опыта в каждом кадре gre-liveness.mjs, стр. 33–60 [вывод из чтения кода]
B7 Цепочка V63 (A3) привязана к прежнему VPS. Используется запечатанный эталон защищённых сервисов post-ci2713-baseline.sealed с проверкой manual-protected-host-changed. Вход на VPS по SSH-паролю (look_for_keys=False). Ключи хостов закреплены в known-hosts-vps-and-chr. Образы из архива manual-v62-quiet-arm.tar.gz разворачиваются через Docker на VPS manual-v63-test-owner/manual-case-operator.py, стр. 17–30, 98–135
B8 Список каталогов «74» устарел. REQUIRED_CATALOGUES в verify-manual-terminal.py содержит 37 путей (37 × 2 = 74) без /ip/dhcp-client. capture-v39-prechild-final74.py жёстко требует 74. VRF-нагрузка использует другой список wholeCataloguePaths из 40 путей (80 на пару): в нём есть /ip/dhcp-client, /ip/settings и /ipv6/settings. Ни один список не содержит /ip/ipsec/*, /ip/traffic-flow*, /certificate, /file, /ip/pool, /tool/sniffer, /tool/bandwidth-server, то есть остатки IPsec и NetFlow сверка не заметит manual-v63-test-owner/verify-manual-terminal.py:21–30, 302–316; payload/acceptance/static-vrf/membership-forwarding.mjs:11–20
B9 Для аварийной очистки варианта 56 записей готового режима нет. При успехе раннер удаляет объекты сам (cleanupWg в static-vrf-owner.mjs, nativeCleanupVerified=true и списание 66 SQL-мутаций в run-owned-native.mjs:151–157); входят ли удаления в предел 56 записей, по коду не установлено [вывод]. cleanup-direct.py знает только старые прогоны с зашитыми ID (--eight … --sixteen) и --gre-run. Для --gre-run требуется terminal.kind == 'windows-local-gre-diagnostic-terminal-v1', то есть только 18-записный диагностический вариант. Для 56 записей передача предписывает строить очистку по журналу и reconcile-successor-journal.mjs вручную focused-vrf-membership-forwarding/cleanup-direct.py; mcp-handoff-vrf-20261115.md, стр. 21
B10 Для IPsec на пути MCP сценария нет. tmp/ipsec-network82.mjs (9 октября) выполняется внутри контейнера backend (/app/backend/dist, http://backend:8000/api), читает пароли CHR из БД приложения и использует /tool/bandwidth-test с учётными данными сервера. Это REST-путь приложения, не MCP. Для текущего кода он устарел tmp/ipsec-network82.mjs
B11 Для захвата IPFIX готового сценария нет. Есть строительные блоки: capture-window.mjs (пакетное окно через файл sniffer mcp-*.pcapng на маршрутизаторе с чтением pcapng-witness.mjs) и collector-chr-plan.mjs (третий WG-пир-коллектор на VPS 161.104.46.222, адрес 198.19.241.1, порт 55243, рассчитан на TZSP). Включения /ip/traffic-flow и разбора IPFIX из pcap в них нет mcp-scoped-controller-two-chr-20261105/capture-window.mjs, collector-chr-plan.mjs
B13 Нет общего инструмента базового снимка. Все найденные скрипты снимков (capture-v3*-native-snapshot.py, capture-v39-prechild-final74.py, bind-manual-v11-baseline-read.py) закреплены за прежними прогонами и их запечатанными эталонами. Для шагов 1.5 и 7.1 нужен новый небольшой скрипт: GET по списку из 0.5 на обоих CHR, канонизация строк, SHA-256 по каталогу. Транспорт зависит от D1 и D4: REST с VPS (curl с паролем из переменной окружения через --config -, не в командной строке) или SSH print terse с Windows по ключу mcp-scoped-controller-two-chr-20261105/ (список файлов)
B12 Одноразовость пакетов. Передачи фиксируют правило: исходную запись не повторять, V28 «one-shot использован». Повторный запуск того же caseSha256 (f2716e…, V63-архив) по смыслу требует нового допуска владельца, а лучше нового case mcp-handoff-20261115.md, стр. 9; v29-budget-review.md

2.3. Решения владельца (чек-лист)

  • Ожидается ли 195.195.195.195 на CHR2: решено, заглушка удалена владельцем.
  • D1. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: REST с Windows (вариант а). Проверено: Windows-REST к обоим CHR отвечает 200 (CHR1: адрес Windows 109.174.26.78 уже в www allow-list; CHR2 без ограничений), правок /ip/service для этого не требуется, relay-options.mjs менять не нужно, блокер B3 снят. Пароль передаётся по открытому HTTP (порт 80) только с адреса владельца. Исходный вопрос: Откуда идёт REST к CHR во время прогона. (а) Windows-раннеры, как исторически: в www allow-list CHR1 добавляется исходящий IP Windows. Это изменение /ip/service, его делают до снятия базового снимка, и оно входит в каталог сверки. Входит ли туда уже 109.174.26.78 или 87.103.241.8, в файлах не указано. (б) Linux-вариант на VPS (mcp-linux-vrf-membership-forwarding-local-20261115-r2/run-linux.py): overlay в windows-local.py заменяет проверки platform=='linux', /work и uid==0, значит Linux-вариант их требует. Нужен ли ему Docker или network namespace, не проверено: run-linux.py не читался. Памяти на VPS мало (free 119 МиБ, available 1085 МиБ). (в) Другой узел.
  • D2. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: CHR2 закрыт по адресам как CHR1. ssh, www, winbox только с 109.174.26.78, 161.104.46.222 (VPS), 87.103.241.8; telnet и ftp отключены на обоих CHR; API 8728/8729 остаются открытыми. Снимки обновлены (tmp/stand-snapshot-20261116/). Прежние значения CHR2: пустые available-from, telnet включён. D2. Allow-list CHR2.** На CHR2 ssh, www и winbox открыты всем. Закрыть до прогона (и тогда до базового снимка) или оставить?
  • D3. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: перевыпустить раннеры под claude (B1, B4); пользователь admin не создаётся. Требует правки имени пользователя REST в windows-local.py, wan-curl.py, раннере V63 и перевыпуска закреплённых хешей и проверки. D3. REST-пользователь. Перевыпустить раннеры под claude (B1, B4) или временно завести admin? Заведение пользователя меняет /user и создаёт учётную запись: нужно отдельное явное разрешение.
  • D4. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: читать пароли из переменных окружения CHR1_CLAUDE_PASSWORD и CHR2_CLAUDE_PASSWORD (пользовательские переменные Windows) в память процесса; значение не печатается, не пишется в файлы, квитанции и логи. Требует правки B2 (снять проверку isatty и фиксированный формат пароля в cleanup-direct.py, wan-curl.py и раннерах) и перевыпуска пинов B4. D4. Как пароли попадают в раннер. Варианты: оставить скрытый ввод getpass с TTY (тогда оператор вводит значение из переменной окружения вручную) или добавить чтение CHR{1,2}_CLAUDE_PASSWORD в память процесса (правка B2 и B4). На какой машине заданы эти переменные: на Windows или на VPS? Записи DPAPI tmp/mcp-test-stand-credentials/chr{1,2}.clixml относятся к admin старой установки, их пригодность не проверялась (файлы не открывались).
  • D5. ПЕРЕСМОТРЕНО владельцем 2026-11-16 (уточнено: ROUTING идёт на изолированном стеке V64, собираемом из HEAD и привязанном к дайджесту образа, как прежняя цепочка V63; установка mmapp-test на время прогона ROUTING останавливается из-за лимита 2 ГиБ и запускается обратно docker compose up -d; управление приложением через MCP агент не выполняет, MCP является объектом проверки, агент оркестрирует и проверяет через CHR REST под claude, чтение базы и контейнеров на VPS): контроллер и MCP-приложение работают на VPS mm-vps в Docker (целевая продакшн-система тоже на VPS). Первоначально было выбрано «локально на Windows», отменено. Цепочка V63 с развёртыванием на VPS (B7) снова актуальна и должна быть адаптирована (пины, пользователь claude, свежая базовая линия вместо post-ci2713-baseline.sealed). REST к CHR идёт с Windows (D1), контроллер на VPS обращается к CHR своим адресом 161.104.46.222, он уже в списках разрешённых на обоих CHR. D5. Где работает контроллер/MCP-приложение.
  • D6. РЕШЕНО 2026-11-16: образы собраны Gitea из HEAD 5ec95a7c (воркфлоу mcp-acceptance-preview.yml, запуск 2738, успешно; backend sha256:ed8905e9…, frontend sha256:b0aba198… на VPS, тег mcp-acceptance-5ec95a7c957f5a52a144df9b2876f8c7016d5370-2738-1). Развёрнуты на VPS как mmapp-test/backend:mcp-5ec95a7c и mmapp-test/frontend:mcp-5ec95a7c. Откат: вернуть в /opt/mmapp-test/.env MMAPP_IMAGE_TAG=ux-accessibility261 и BACKEND_IMAGE_TAG=ux-certificates258 (копия .env в /root/backups/), docker compose up -d backend frontend, при необходимости восстановить базу из /root/backups/mmapp-test-pre-mcp-20261116T032408Z.dump. D6. Какой образ или сборку брать для ROUTING. Пересобрать архив V64 из текущего HEAD с новым модулем сверки (focused-v63-dhcp-conservation/native-topology-conservation.mjs) или переупаковать V62/V63 с заменой одного модуля? Какой тег? Хватит ли 2,2 ГБ на диске VPS (образы backend 0,6–1 ГБ каждый) и нужно ли удалить старые образы (это изменение VPS, отдельное разрешение)?
  • D7. СНОВА ОТКРЫТ после пересмотра D5: контроллер на VPS, прогон A делит VPS и лимит 2 ГиБ с прогоном B и с установкой mmapp-test (≈565 МБ). 2026-11-16 на VPS очищено 8 ГБ (кэш сборки и неиспользуемые образы старше 7 дней; свободно 11 ГБ), доступно около 1,08 ГБ памяти. Остаётся решить, останавливать ли контейнеры mmapp-test на время прогона и разносить ли A и B по времени. D7. Совмещение с прогоном B.
  • D8. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: подтверждения планов в веб-интерфейсе выполняет агент по поручению владельца (открывает браузер, входит под тестовой учётной записью администратора портала установки на VPS через SSH-туннель на localhost, нажимает нужные элементы). Присутствие владельца в окне прогона не требуется. Критерий проверяет работоспособность механизма подтверждения (план без одобрения не применяется, с одобрением применяется), а не личность подтверждающего, поэтому на стендовых прогонах одобрения выполняет агент. В журнале приложения это одобрения учётной записи владельца портала; в манифесте этапа 5 факт делегирования указывается нейтрально, как условие прогона. Вход выполняется только в тестовые установки этого приложения на локальном адресе, учётные данные в чат, файлы и квитанции не попадают. D8. Человеческие подтверждения. A3 требует двух решений владельца в Edge [ист.: mcp-routing-v63-stage-review-20261115.md, стр. 6]. Сессию без участия человека провести нельзя. Назначить окно присутствия.
  • D9. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: A4 принимается по WireGuard и GRE, IPsec переносится отдельным пунктом (новый MCP-сценарий mm_ipsec_* с подтверждением, трафиком и SA — отдельная работа). Фаза 4 прогона A не выполняется. D9. IPsec в A4. Писать новый MCP-сценарий (план mm_ipsec_* с подтверждением, трафик, SA) или принять A4 только по WG и GRE и перенести IPsec?
  • D10. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: захват sniffer-ом на самом CHR. IPFIX экспортируется на адрес без слушателя, пакеты снимает sniffer CHR в pcapng; VPS и открытые порты не нужны. Скрипт захвата пишется в фазе 0 из заготовок capture-window.mjs и collector-chr-plan.mjs (B11). D10. NetFlow-коллектор. Куда CHR экспортирует IPFIX: на VPS 161.104.46.222 (какой UDP-порт, открыт ли он, слушает ли mmapp-test backend) или на адрес-приёмник без слушателя с захватом sniffer'ом на самом CHR? Версия экспорта: IPFIX (version=ipfix). Нужен ли параллельный захват tcpdump на VPS (наличие tcpdump не проверялось)?
  • D11. Что считать «повтором» A6/A7. Оба набора локальные (фаза 6). Принять N повторов локально (например, 5 подряд) в день прогона A или искать стендовый аналог?
  • D12. РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: поле status у GRE (в том числе бит I) считается динамическим, как running; основание: наблюдение прогона 49df6075… (peer GRE на CHR2 легитимно поднялся после создания второго конца: running false→true, status --L--UI → --L-RUI-O). D12. Допуск бита I у GRE при активации: исходное требование не найдено, нужно пояснение владельца [ист.: mcp-completion-plan.md, этап 2, VRF keepalive]. Без него критерий A1 по полю status неполон.
  • D13. Повторное использование caseSha256 (B12): новый case или явный повторный допуск старого.

3. Порядок шагов

Фазы 0 и 6 стенд не затрагивают. Для каждого стендового шага указаны режим (READ-ONLY или MUTATING) и способ отката. Все пути ниже относительно tmp/, если не сказано иное.

Фаза 0. Локальная адаптация (без стенда, до сессии)

Шаг Действие Закрывает
0.1 Получить решения D1–D13 —
0.2 Перевести VRF-цепочку на выбранного пользователя и источник пароля: windows-local.py (targets), cleanup-direct.py (проверки длины и равенства), wan-curl.py. Перевыпустить пины: vrf-r2-receipts-windows/windows-local-receipts.py → vrf-r2-gre-readiness/windows-successor.py (overlay-pins.json, CASE_HASH) → vrf-r2-gre-liveness-review/windows-gre-diagnostic.py (--inspect-pins печатает метаданные, затем diagnostic-pins.json и EXPECTED_PINS) B1, B2, B4
0.3 Применить applyGreRibProjectionFix к vrf-r2-gre-liveness-review/gre-liveness.mjs (порог 4 только для /routing/route). Добавить в каждый кадр SHA-256 стабильной проекции строк опыта. Прогнать sampler-projection.test.mjs, gre-liveness.test.mjs и projected-liveness.test.mjs на сохранённом снимке прогона 6d1346…. Перевыпустить пины B5, B6
0.4 В зависимости от D1: при варианте (а) ничего не менять в relay-options.mjs. При варианте (б) подготовить Linux-вариант R2 и замерить его память локально B3
0.5 Единый список каталогов сверки для всех фаз: 40 путей wholeCataloguePaths плюс /ip/ipsec/{peer,identity,policy,proposal,profile,mode-config,policy/group}, /ip/pool, /certificate, /ip/traffic-flow, /ip/traffic-flow/target, /ip/traffic-flow/ipfix, /tool/sniffer, /tool/bandwidth-server, /user, /file (только имена). Обновить REQUIRED_CATALOGUES в verify-manual-terminal.py (минимум /ip/dhcp-client, по этапу 2 это обязательно) и native-topology-conservation.mjs из focused-v63-dhcp-conservation B8
0.6 Режим очистки для варианта 56 записей: cleanup-direct.py --successor-run <24 hex> по образцу --gre-run, с планом от reconcile-successor-journal.mjs и парной сверкой после каждого DELETE. Модельный тест на префиксах журнала, как для 18 записей B9
0.7 ROUTING: собрать пакет V64 (D6) с обновлённой сверкой. Снять новый запечатанный эталон защищённых сервисов VPS вместо post-ci2713-baseline.sealed (только чтение VPS, в фазе 1). Перевести вход на ключ или оставить пароль (D4). Обновить known-hosts-vps-and-chr после фактической сверки отпечатков ключей переустановленных CHR вручную владельцем B7
0.8 IPsec (если D9 = писать): сценарий на MCP-инструментах mm_ipsec_* (см. docs/mcp-ipsec-call-audit-20261114.md) с общим маркером, бюджетом записей, трафиком и проверкой installed-sa. Образец формы трафика и сверки — ipsec-network82.mjs, но не сам файл B10
0.9 NetFlow: сценарий окна IPFIX. Включение: /ip/traffic-flow set enabled=yes interfaces=all active-flow-timeout=… inactive-flow-timeout=… (interfaces=all, потому что окно открывается до создания туннелей в 3.2, а закреплённый раннер нельзя приостановить посреди прогона), затем /ip/traffic-flow/target add dst-address=<D10> port=<D10> version=ipfix. Захват через sniffer в файл mcp-*.pcapng по образцу capture-window.mjs, фильтр по UDP-порту цели, ограничение размера. Что sniffer CHR видит пакеты, порождённые самим маршрутизатором (исходящий IPFIX), это [вывод]; проверить в коротком пробном окне. Разбор offline: pcapng-witness.mjs → traffic-flow-parse.ts. Откат в обратном порядке B11
0.10a Скрипт базового снимка (B13) с тестом канонизации на сохранённых снимках 6d1346… B13
0.10 Локально: npm run build, целевые тесты изменённых tmp/-модулей и backend traffic-flow-chr-topology-inventory.test.ts. Записать новые хеши —

Фаза 1. Предпусковая проверка и базовый снимок (≈30 мин)

Шаг Режим Команда или действие Откат
1.1 READ-ONLY ssh mm-chr1 '/system resource print; /export terse' и то же для mm-chr2. /export без show-sensitive секреты не выводит. Сравнить с stand-snapshot-20261116; на CHR2 ожидается отсутствие строки 195.195.195.195 —
1.2 READ-ONLY ssh mm-vps 'free -m; df -h /; docker ps --format …'. Стоп, если available < 800 МиБ или на диске меньше места, чем требует D6 —
1.3 READ-ONLY Проверка WAN-ограды: адрес хоста на ether1 должен быть dynamic=true и иметь ровно одну аренду DHCP в состоянии bound, при этом expires-after ≥ 8 с. Иначе wan-identity.mjs даст WAN_IDENTITY_UNPROVEN [ист.: payload/acceptance/wan-identity.mjs]. На CHR1 есть ещё и статический маршрут gateway=194.226.121.1, на состав аренды он не влияет [вывод] —
1.4 MUTATING (только по D1/D2) Правки /ip/service available-from. Делать до 1.5, чтобы они вошли в базовый снимок Вернуть прежние значения из 1.1
1.5 READ-ONLY Скрипт из 0.10a: базовый снимок полного списка из 0.5 на обоих CHR, плюс /export terse. Записать SHA-256 по каталогам. Для VRF-нагрузки то же делает --chr-preflight-only (парный снимок, staticSpaceUnused) —
1.6 READ-ONLY Запускать без -O: раннеры требуют __debug__. python vrf-r2-gre-liveness-review/windows-gre-diagnostic.py --inspect-pins и сверка с diagnostic-pins.json. Затем python vrf-r2-gre-readiness/windows-successor.py --check-only и --chr-preflight-only (только GET) —

Фаза 2. A1: отпечаток при активации GRE (≈30 мин с очисткой; ист.: прогон 6d1346… длился 19:35–19:52, очистка до 20:04)

Шаг Режим Команда Откат
2.1 MUTATING, 18 записей (WG-интерфейсы, адреса, peers, мосты, GRE на обоих CHR) python vrf-r2-gre-liveness-review/windows-gre-diagnostic.py --exact-case local-windows-direct-18-write-gre-diagnostic-26cf03f3 (или новый case по D13). Аргументы режима наследуются от windows-local-receipts.py; набор флагов в нём не проверялся, сверить перед запуском 2.2
2.2 READ-ONLY, затем MUTATING (только DELETE по ID из журнала) python mcp-scoped-controller-two-chr-20261105/focused-vrf-membership-forwarding/cleanup-direct.py inspect --gre-run <24 hex> → проверка плана → apply --gre-run <24 hex>. При неизвестном ACK diagnose --gre-run <24 hex> (GET). Ожидается 14 целей очистки [ист.: mcp-handoff-vrf-20261115.md, стр. 31, 35] Повторять исходную запись нельзя. При расхождении сохранить квитанцию и заново сверить остаток
2.3 offline Проверить 5 кадров, отсутствие refusal и отличие кадров только в закрытом списке динамических полей (A1) —

Фаза 3. A2 + WG/GRE (A4) + окно NetFlow (A5) (≈60–90 мин [вывод])

Шаг Режим Команда Откат
3.1 MUTATING, до 2 записей на CHR Окно IPFIX (0.9): включить /ip/traffic-flow, добавить цель и sniffer в файл. Только после того, как базовый снимок 1.5 зафиксировал выключенное состояние 3.5
3.2 MUTATING, ≤ 56 записей python vrf-r2-gre-readiness/windows-successor.py --exact-case local-windows-direct-56-write-vrf-gre-ready-26cf03f3. Порядок: мосты, GRE и адреса, проверка running=true и активных connected routes, затем VRF и фазы baseline / isolated / restored с /ping в VRF [ист.: mcp-handoff-vrf-20261115.md, стр. 19] 3.4
3.3 offline node vrf-r2-gre-readiness/reconcile-successor-journal.mjs по child.json: завершение процесса, ACK, точные ID, положение каждого шага —
3.4 MUTATING (DELETE по ID), только при остановке раннера При успехе раннер удаляет объекты сам, шаг сводится к сверке 7.1. При остановке — очистка режимом из 0.6 с парной сверкой после каждого DELETE 204 Нет готового режима, см. B9
3.5 MUTATING Остановить sniffer, забрать файл (scp mm-chr1:mcp-….pcapng, только чтение), удалить файл с CHR, удалить цель traffic-flow, enabled=no, вернуть настройки sniffer к базовым Сверка /ip/traffic-flow*, /tool/sniffer, /file с 1.5

Риск совмещения [вывод]: включённый traffic-flow не меняет каталоги из wholeCataloguePaths, поэтому сверку VRF-раннера не сорвёт. Это нужно подтвердить на шаге 1.5 сравнением снимков до и после включения в отдельном коротком окне, если владелец разрешит.

Короткие ping (count=3, interval=0.3s) дают малые потоки, их экспорт произойдёт после inactive-flow-timeout (по умолчанию 15 с). Окно 3.1–3.5 должно длиться дольше этого таймаута плюс интервал шаблонов [вывод; ист. дефолтов: справочник RouterOS traffic-flow, по ссылке в mcp-native-remaining-blocks-20261031.md, стр. 60].

Фаза 4. IPsec (A4), если D9 = писать (≈30–45 мин [вывод])

Шаг Режим Действие Откат
4.1 MUTATING Сценарий 0.8: profile, proposal, peer, identity, policy на обоих CHR; трафик; installed-sa Удаление по ID из журнала в обратном порядке, затем сверка каталогов /ip/ipsec/*, /certificate, /ip/pool
4.2 MUTATING (необязательно) Окно IPFIX, как 3.1 и 3.5, на время трафика IPsec Как 3.5

Фаза 5. A3: ROUTING A → B → A (≈90–120 мин с развёртыванием на VPS [вывод])

Шаг Режим Действие Откат
5.1 READ-ONLY (VPS) manual-case-operator.py, режим read-only preflight (последний блок файла, readonly_preflight): эталон защищённых сервисов, готовность Docker и образа. Только после перевыпуска эталона (0.7) —
5.2 MUTATING (VPS: загрузка архива, контейнеры, том) run-manual-candidate-v63-reviewed.py → новый run-manual-candidate-v64-reviewed.py (0.7). В V63 журнал содержал 97 подтверждённых команд [ист.: mcp-routing-v63-stage-review-20261115.md] Раннер сам удаляет временные ресурсы VPS. Проверка: manual-linux-staging.py требует отсутствия своих Docker-ресурсов
5.3 MUTATING (CHR) Подготовка топологии, два переключения маршрута, шесть окон трафика. Два решения владельца в Edge (D8). По желанию в окнах трафика окно IPFIX, как 3.1 и 3.5 (A5) Обратный план и очистка раннера. Затем verify-manual-terminal.py (verify_cleanup: remaining_owned == [], final_catalogues == baseline_catalogues)
5.4 offline Аналог review-v63.py для V64: SHA журнала, сверки и пакета, связь с решениями владельца —

Фаза 6. A6 и A7: повторы нестабильных наборов (локально, параллельно со стендом)

Шаг Режим Команда
6.1 локально Edge: npm run test:mcp (Playwright playwright.mcp.config.ts, mcp-context.spec.ts; базовый playwright.config.ts задаёт channel: "msedge"), N раз, без retries. В этапе 1 сейчас 43 из 43 [ист.: mcp-completion-plan.md, стр. 40]. Был ли исходный набор из 41 сценария именно этим конфигом, не установлено; имена двух упавших сценариев в файлах не найдены
6.2 локально Набор из 205 тестов: точная команда широкого запуска в найденных файлах не обнаружена. Восстановить её по составу тестов в stage-local-tests.log и повторить N раз. HTTP-имитатору нужен доступ к loopback

Фаза 7. Завершающая сверка (≈20 мин)

Шаг Режим Действие
7.1 READ-ONLY Повтор 1.5: тот же список каталогов и /export terse на обоих CHR. Требование: SHA-256 по каждому каталогу равны базовым; исключения только поштучно задокументированные динамические поля (/ip/dhcp-client.expires-after и точная runtime-строка UDP/67, как в прогоне 6d1346…) [ист.: mcp-handoff-vrf-20261115.md, стр. 35]
7.2 READ-ONLY /export terse до и после по diff: независимая от кода проверка. Расхождение в любом разделе останавливает приёмку
7.3 READ-ONLY VPS: free -m, df -h, docker ps совпадают с 1.2, временных томов и образов не осталось (кроме решённых в D6)
7.4 MUTATING (только если делали 1.4) Вернуть /ip/service и повторить 7.1 для /ip/service

Идея «74 каталогов»: прежняя мера (37 путей × 2 CHR) заменяется полным списком из 0.5 (около 56 путей × 2) плюс /export. Число 74 в новых квитанциях не использовать: capture-v39-prechild-final74.py с жёстким == 74 для прогона A не подходит.

4. Базовый снимок до прогона и сверка после

Сводка шагов 1.1–1.5 и 7.1–7.4.

  1. Что снимается. На обоих CHR: полный список каталогов из шага 0.5 (около 56 путей, включая /ip/dhcp-client, IPsec, traffic-flow, sniffer, /user, /file) и /export terse без секретов. На VPS: free -m, df -h, docker ps, docker volume ls.
  2. Когда. После решений D1/D2 и вызванных ими правок /ip/service, до первой записи опыта. Повторно — после завершения всех фаз и выхода раннеров.
  3. Чем. Новым скриптом 0.10a (B13). Закреплённые скрипты снимков final74 для этого не годятся.
  4. Критерий. SHA-256 каждого каталога после прогона равен базовому. Исключения только поштучные и задокументированные: /ip/dhcp-client.expires-after и точная runtime-строка UDP/67, как в прогоне 6d1346…. Дополнительно — построчный diff двух /export terse, проверка, не зависящая от кода приложения. Собственные сверки раннеров (wholeCataloguePaths из 40 путей у VRF-нагрузки, REQUIRED_CATALOGUES у V63/V64) сохраняются, но общую квитанцию не подменяют.
  5. Отличие от «74». Прежние 74 SHA-256 = 37 путей × 2 CHR [ист.: verify-manual-terminal.py]. Без /ip/dhcp-client, IPsec и NetFlow этого набора для прогона A недостаточно.

5. Риски, условия остановки и откат

Остановить прогон немедленно, если:

  • ACK потерян или исход записи неизвестен. Дальше идёт только diagnose (GET); повторять запись нельзя [ист.: mcp-handoff-20261115.md, стр. 9].
  • WAN-ограда (WAN_IDENTITY_UNPROVEN) или парный снимок изменились вне закрытого списка: возможна потеря управления CHR.
  • На VPS available < 500 МиБ или началась запись в swap контейнерами mmapp-test [вывод]. При вероятности OOM на тестовой установке прерывать фазу 5.
  • Любой каталог вне объектов опыта изменился между шагами (foreignSha256, final-catalogues-changed).
  • Пропало SSH-управление: ключ mm-chr* перестал проходить, хотя REST работает, или наоборот.

Откат: только по журналу. DELETE выполняется по точным ID с парной сверкой после каждого запроса. Изменения /ip/service возвращаются по значениям из 1.1. При потере управления CHR последний резерв — консоль провайдера, она этим планом не покрыта.

Прочие риски [вывод]:

  • Таймауты чтения на 1 vCPU. Прежде понадобилось увеличить предел ожидания peer до 150 с [ист.: mcp-evidence-statistics-20261101.md, стр. 66].
  • Ключи хоста CHR после переустановки другие, поэтому закреплённые known_hosts дадут отказ. Ожидаемо, сверять вручную.
  • Диск VPS заполнен на 91 %, загрузка архива V64 может не поместиться.
  • На CHR2 открытые www и ssh (D2) делают стенд доступным извне во время опыта.

6. Оценка длительности [вывод]

  • Фаза 0 (адаптация и ревью пинов): 1–2 рабочих дня, без стенда. Это критический путь.
  • Стендовая сессия: фаза 1 около 0,5 ч, фаза 2 около 0,5 ч, фаза 3 1–1,5 ч, фаза 4 0,5–0,75 ч, фаза 5 1,5–2 ч, фаза 7 около 0,3 ч. Итого 4,5–5,5 ч с присутствием владельца в фазе 5. Фаза 6 идёт параллельно, 0,5–1 ч локально.
  • Запас на одну остановку с разбором по квитанциям: +1–2 ч.

7. Что этим планом не проверяется

  • Настоящий портал и интерфейс согласия: VRF-раннеры используют синтетическую авторизацию приложения (syntheticAppAuthority: true, actualPortalTested: false) [ист.: work/child.json прогона 6d1346…].
  • Независимость путей и третий узел (PATHS), автоматическое восстановление (RT-1, источник событий с обнаружением пропусков). Отказ и возврат физического линка тоже вне плана.
  • Сетевая изоляция ОС на Windows (osNetworkNamespace: false): ограда только прикладная.
  • Точный локальный адрес приёма IPFIX при wildcard-привязке (закрыто как ограничение Node), а также жизненный цикл шаблонов при перезапуске экспортёра. Последнее можно добавить в фазу 3 перезапуском traffic-flow, это вне минимального плана.
  • POLL, DB-3, DB-4, EXTERNAL-UI: прогоны B и C.
  • Исторические строки DHCP V63: их уже не восстановить [ист.: mcp-routing-v63-stage-review-20261115.md, стр. 17].
  • Причины исторических отказов A6 и A7 на прежнем окружении. Повторы показывают только текущую стабильность.
  • Пригодность записей DPAPI и прежних эталонов: файлы доступа не открывались, на стенде ничего не запускалось.

Итог фазы 0 на 2026-11-16 (локально, стенд не затрагивался)

  • Готово, проверено тестами: 0.5 единый список каталогов (56 путей, tmp/mcp-stand-run-a-20261116/stand-catalogues.json), 0.10a скрипт снимка и сравнения, 0.9 окно IPFIX (17 из 17 тестов); 0.2 переход VRF-цепочки на claude и пароли из переменных (windows-local.py, wan-curl.py, cleanup-direct.py/.mjs); 0.6 режим очистки --successor-run (модельный тест 3 из 3). Закреплённые пины не менялись: CASE_HASH f2716e2e…, overlay-pins a b84434ac…, v1 d1c16f94…, v2 62b53128….
  • 0.3 РЕШЕНО владельцем 2026-11-16: раннер A1 на v2 (tmp/vrf-r2-gre-diagnostic-v2/windows-gre-diagnostic-v2.py, пины v2 62b53128… действительны). Порог 4 только для /routing/route и stableConfigurationSha256 в каждом кадре уже есть в v2; v1 не правится. Не проверено: сохраняется ли стабильный хеш v2 через активацию для /ip/address и /ipv6/address (тест v2 покрывает только /interface и /ip/route).
  • Отклонение от D4: цепочка передаёт пароли дочернему процессу через work/input.json (папка с ACL, удаляется в finally), а дочерний процесс сохраняет их в своей локальной Postgres work/pg. Условие «не пишется в файлы» выполнено не полностью. Устранение требует правки закреплённой нагрузки и нового CASE_HASH.
  • 0.6 покрыт частично: --successor-run отказывается работать на префиксах журнала 23–37 (создание VRF, маршруты, четыре PATCH членства, удаление); там доступен только diagnose, остаётся ручная процедура из передачи. Предположение, что после удаления VRF члены возвращаются в main, на железе не проверено.
  • Не сделано в фазе 0: обновление REQUIRED_CATALOGUES в verify-manual-terminal.py и модуле сверки V63 (закреплённые файлы, шаг 0.7); десять путей из диагностики 6d1346, которых нет в списке (/interface/vrrp, /ip/dhcp-server, /ip/firewall/raw, IPv6-варианты, /routing/bfd/session, /routing/ospf/*); адрес и порт получателя IPFIX; проверка полей sniffer одним GET /rest/tool/sniffer в фазе 1; V63-раннер и run-operator.py всё ещё под admin.

Решения владельца от 2026-11-16 (после фазы 0)

  • D10 уточнено: IPFIX экспортируется на 192.0.2.10:4739 (адрес из блока RFC 5737, слушателя нет), захват sniffer-ом на CHR.
  • Список каталогов расширяется десятью путями из диагностики 6d1346: /interface/vrrp, /ip/dhcp-server, /ip/firewall/raw, /ipv6/dhcp-client, /ipv6/dhcp-server, /ipv6/firewall/mangle, /ipv6/firewall/raw, /routing/bfd/session, /routing/ospf/interface, /routing/ospf/neighbor (итого 66).
  • Отклонение от D4 принято: пароли временно в work/input.json (папка с ACL, удаляется в finally) и в одноразовой локальной базе дочернего процесса внутри папки прогона; после прогона эти каталоги проверяются на отсутствие и удаляются.

Итог шага 0.7 на 2026-11-16 (локально, стенд не затрагивался)

  • Готово, проверено: список каталогов 66 путей (18 из 18 тестов; шесть путей помечены volatileUnverified, строк по ним не наблюдалось); модуль сверки V64 manual-v64-routing/native-topology-conservation.mjs (V63-кандидат с правкой /ip/dhcp-client на 66 путях, 7 из 7); инструмент запечатывания базовой линии VPS seal-protected-baseline-v64.py (режимы plan, seal, compare, 6 из 6; не запускался, для фазы 1; порядок: остановить mmapp-test, seal --expect stopped, compare до и после, запустить mmapp-test).
  • Архив V64 НЕ собран. Цепочка V63 зашита в закреплённых файлах, которые сборщик не перевыпускает: пользователь admin, пароли через запрос, вход на VPS под root по паролю, старые отпечатки CHR, старая проверка защищённых сервисов (старые идентификаторы контейнеров и Docker, требование «запущено»; при остановленном mmapp-test откажет). Перевод на claude, пароли из переменных и ключ mm-vps означает написание новой цепочки с собственной проверкой, а не перевыпуск пинов. Кроме того, каталог dist бэкенда из архива накладывается поверх кода образа, поэтому для коммита 5ec95a7c нужен dist, собранный из него и сверенный с образом ed8905e9… (нужен docker). Независимая проверка (verify-manual-terminal.py) должна перейти с 37 на 66 путей.
  • Поправка к B12: CASE_HASH f2716e2e… принадлежит цепочке VRF, а не V63 (манифест V63: 9a72f9c9…).
  • Открыто: модель изоляции V63 (контейнеры с одноразовыми именами, база без сети, собственный том) не пересекается с mmapp-test, но не совпадает буквально с формулировкой «отдельный проект compose, порты на 127.0.0.1»; хеш базовой линии предлагается записывать как входной параметр квитанции, а не закреплять в коде оператора; строка UDP/67 динамического DHCP-сервера в /ip/service в модуле V64 всё ещё считается изменением (источник ложных отказов V63).

Решение по ROUTING от 2026-11-16

ROUTING A → B → A проводится на mmapp-test (HEAD 5ec95a7c), а не на изолированном стеке V64. Архив V64 и новая цепочка не пишутся; пункты об изолированном стеке, dist бэкенда и переводе независимой проверки с 37 на 66 путей снимаются. Доказательства привязаны к рабочей тестовой установке, а не к закреплённому архиву, и не получают печати V63: это условие прогона, в манифесте этапа 5 указывается явно. mmapp-test не останавливается. Запечатывание базовой линии VPS (seal-protected-baseline-v64.py) остаётся необязательным.

Итог фазы 1 на 2026-11-16 (только чтение стенда)

  • Базовые снимки обоих CHR сняты инструментом tmp/mcp-stand-run-a-20261116/stand-snapshot.mjs (66 каталогов, только GET): snapshots/chr{1,2}-{a,b}.json. Два последовательных снимка каждого CHR совпадают (matches=true), единственное задокументированное исключение: динамическая строка DHCP-сервера UDP/67 в /ip/service. CHR1 и CHR2 между собой различаются, как и должны.
  • Найдено и исправлено в инструменте: первый живой снимок показал, что активные клиентские сессии (динамические строки /ip/service с полем remote: сами REST, SSH и WinBox читателя) меняют хеш при каждом чтении. Это тот же класс ложных отказов, что остановил V63. Такие строки теперь исключаются до хеширования, добавлен тест, список каталогов 19 из 19 тестов зелёный, правило записано в stand-catalogues.json.
  • Поля sniffer подтверждены одним GET на обоих CHR: все используемые окном IPFIX поля существуют (filter-ip-address, filter-port, filter-ip-protocol, filter-operator-between-entries, memory-limit, only-headers, streaming-enabled, running, file-name). Целей /ip/traffic-flow/target на обоих CHR нет. Не проверено: видит ли sniffer CHR собственные исходящие пакеты IPFIX (нужно короткое пробное окно).
  • Не выполнено в фазе 1: снимок /export terse по SSH (есть от 2026-11-16 после закрытия CHR2, повторить перед первой записью), стадия «запечатывание базы VPS» отменена решением о прогоне на mmapp-test. Проверка того, что на VPS стек mmapp-test здоров, выполнена при развёртывании.

Итог фазы 2 (A1, GRE) на 2026-11-16 — выполнена на стенде

  • Запуск: windows-gre-diagnostic-v2.py --exact-case local-windows-direct-18-write-gre-diagnostic-v2-26cf03f3, запуск owned-windows-vrf-5eb262f2212596facc217c7c, код выхода 0, 18 записей на CHR (lastPublishedNativeWrites=18), отказа нет (refusal пуст), complete=true, 5 кадров на 0, 2, 5, 10 и 20 с после ACK второго GRE (по ~1,5 с на кадр). Повторно использован caseSha256 f2716e2e… вместо нового (владелец дал команду запускать фазу 2).
  • Очистка: cleanup-direct.py inspect дал план из 14 DELETE по маркеру mcp-test-26cf03f3 (лимит 14), apply выполнил 14 из 14 с парной проверкой. Независимая сверка: снимок до A1 и после очистки совпадают на обоих CHR (CHR1: 66 из 66; CHR2: 65 из 66, различие только задокументированная строка DHCP UDP/67 в /ip/service). Следов опыта на роутерах нет.
  • Критерий A1, что подтверждено: чужие строки (foreignSha256) не менялись между кадрами ни в одном из семи каталогов на обоих CHR. Стабильные хеши /interface/gre, /interface, /ip/address, /ipv6/address одинаковы во всех пяти кадрах. Менялись только динамические поля running, status, flags, actualMtu, lastLinkUp, active, inactive, immediateGateway у маршрутов.
  • Критерий A1, что НЕ подтверждено (честный результат): stableConfigurationSha256 строк /routing/route, связанных с GRE (ipv6-link, ipv4-link, ipv6-auto-link-local), менялся между кадрами, хотя строки присутствуют во всех кадрах (CHR1: *20145060; CHR2: *20145070, *20145090, *20145060). Значит, в «стабильную» проекцию /routing/route попадают поля, зависящие от активации (кандидаты: kind, localAddress, immediateGateway, nativeId). Кроме того, companion-маршрут *20143040 (kind link) появляется только со второго кадра, что подтверждает необходимость потолка 4 для /routing/route. Решение: сузить стабильную проекцию /routing/route (нужна правка закреплённой нагрузки v2 и нового пина) либо принять результат как «наблюдение без вывода о стабильности маршрутов». Состояние: A1 по /interface/gre, /interface, адресам выполнен, по /routing/route не выполнен. Связано с D12 (бит I / поле status).

Итог повторного A1 с диагностикой v3 на 2026-11-16 — критерий A1 выполнен

  • Решение владельца: сузить стабильную проекцию /routing/route. Реализация: tmp/vrf-r2-gre-diagnostic-v3/ (v1 и v2 не менялись, их пины действительны). Список разрешённых полей (allowlist): .id, afi, belongs-to, connect, distance, dst-address, gateway, routing-table, scope, target-scope. Исключены active, inactive, immediate-gw, contribution, debug.fwp-ptr, nexthop-id (состояние таблицы пересылки) и local-address (производное от адреса интерфейса; дрейф остаётся виден через отношение localAddress=other). Причина нестабильности в v2: поля вне проекции, вероятно contribution и debug.fwp-ptr/nexthop-id, появляющиеся при установке маршрута в FIB (часть вывода агента — вывод по косвенным данным, на сохранённой квитанции прямого доказательства нет). Новые пины: EXPECTED_PINS 773644cd… (v2: 62b53128…).
  • Запуск: windows-gre-diagnostic-v3.py --exact-case local-windows-direct-18-write-gre-diagnostic-v3-26cf03f3, запуск owned-windows-vrf-bd75f63d787ba628adad9952, 18 записей, код выхода 0, complete=true, отказа нет, 5 кадров (0, 2, 5, 10, 20 с). Хеш кейса f2716e2e… снова переиспользован.
  • Результат живого прогона: ни одна строка не имеет нестабильного стабильного хеша между кадрами; чужие строки не менялись ни в одном каталоге на обоих CHR. Единственное различие состава строк: companion-маршрут RIB *20143040 (kind link) у CHR1 отсутствует в кадре 0 и появляется с кадра 2 с (ожидаемо, объясняет порог 4).
  • Очистка: 14 из 14 DELETE (маркер mcp-test-26cf03f3), независимая сверка со снимком до запуска: оба CHR matches=true, 65 из 66 равны, различие только документированная строка DHCP UDP/67 в /ip/service. Следов опыта нет.
  • Итог по пункту «VRF: отпечаток стабильных полей при активации GRE»: выполнен. Оговорки: allowlist для /routing/route ослабляет проверку неизвестных полей на этих строках (отступление от правила chr-vrf-companion-telemetry.ts); значения стабильных хешей в t0 до активации не наблюдались, подтверждено только постоянство в пяти кадрах после ACK.

Итог фазы 3 (A2, A5) на 2026-11-16 — A2 остановлен раннером, A5 получен

  • Окно IPFIX (A5) выполнено. Пробное окно на CHR1 (5 ping между CHR, ожидание 45 с): 24 пакета, все IPFIX версии 10 на 192.0.2.10:4739, 2 шаблона и данные (наборы 258, 259); CHR1 после закрытия совпал с базой (66 из 66). Основное окно на обоих CHR во время прогона A2: CHR1 29 пакетов (шаблон 2, данные 258 x25, 259 x3), CHR2 26 пакетов (шаблон 2 x2, данные 258 x24); окна закрыты без ошибок (restored=true), файлы mcp-ipfix-a5-chr{1,2}.pcapng в tmp/mcp-stand-run-a-20261116/. Вывод: sniffer CHR видит собственные исходящие пакеты IPFIX. Не сделано: разбор захвата парсером backend (traffic-flow-parse.ts) и проверка, что экспортированные потоки соответствуют трафику прогона.
  • A2 остановлен на 18 из 56 записей. Запуск owned-windows-vrf-49df6075e5e19ef9f2de2c3d: 18 записей (мосты, WireGuard, адреса, два GRE), VRF не создавался, код выхода 1, ERR_ASSERTION, этап inner-transition-peer-delta сторона 2, failure=finite-composition-incomplete-no-replay. MCP при этом отчитался applied, verification=passed. Очистка cleanup-direct.py --successor-run: 14 из 14, обе стороны проверены; сверка со снимком до: оба CHR matches=true, 66 из 66.
  • Причина (по readback, поле не подтверждено построчно): после создания GRE на CHR1 существующий GRE на CHR2 легитимно поднялся: running false→true, status --L--UI----------------- → --L-RUI-O---------------, связанные маршруты стали активными. Проверка peer delta раннера (закреплённая нагрузка gre-readiness.mjs) такого изменения не допускает. Это ровно вопрос D12: поле status у GRE должно считаться динамическим (как running). Для продолжения нужна правка закреплённой нагрузки, новый пин и новый кейс.
  • Не выполнены из-за остановки: создание VRF и фазы baseline/isolated/restored с ping в VRF, жизненный цикл WireGuard и GRE с трафиком (A4). Режим --successor-run сработал на префиксе 18 (вне окна 23–37, отказа нет).

Разбор остановки A2 и предложение расширить D12 (2026-11-16, оффлайн)

  • Где проверка: tmp/vrf-r2-gre-readiness/materialized-next/acceptance/static-vrf/inner-vrf-native-proof.mjs, verifyTransition, строки 344–347 (equal(...) = assert(isDeepStrictEqual)), сравнение всего упорядоченного набора доменов пары после stripNativeTelemetry (она уже убирает running, active, inactive, invalid, actual-mtu, но не status, immediate-gw, flags, last-link-*). Файл закреплён (overlay-pins.json, eb758fbf…).
  • Воспроизведено оффлайн на сохранённом readback: падение отличается не только status. После исключения status проверка всё равно падает на шести строках связанных маршрутов (immediate-gw появляется) и на новой строке rib-link (*20143040, afi=link) на пире. По кадрам v3 дополнительно меняются flags (145 → 65745) и last-link-up-time (null → время) — это вывод по другому прогону, не по этому.
  • Что ещё упадёт дальше (по чтению кода, не запускалось): запись 19 (адрес CHR1 на GRE): proveIpv4InventoryStatus жёстко зашивает статусы GRE --L--U---… → --L--UI---…, верно только пока туннель опущен; CHR1 уже поднят после записи 18 (--L-RU--O…), будет «Unproven inner companion transition». То же при очистке (обратные переходы, last-link-down-time, link-downs). Строгое сравнение в before() (строка 310) может отказать, если активация завершается позже проверки; шаги создания VRF и смены членства уязвимы к флапу туннеля.
  • Предложение владельцу (одним новым раннером): считать динамическими для GRE: status, flags, last-link-*, link-downs на строке inventory; immediate-gw на связанных connected-маршрутах GRE; допускать появление и исчезновение строки rib-link на пире; принимать «поднятые» формы статуса в proveIpv4InventoryStatus. Остальные проверки остаются строгими. Это согласуется с исключениями, которые уже приняты для диагностики v3 (A1).

Решение D12 расширено владельцем 2026-11-16

Динамическими для GRE считаются: status, flags, last-link-*, link-downs на строке inventory; immediate-gw на связанных connected-маршрутах GRE; появление и исчезновение строки rib-link на пире допускается; proveIpv4InventoryStatus принимает «поднятые» формы статуса. Остальные проверки (адреса, disabled, чужие строки, число записей) остаются строгими. Реализация: новый раннер по образцу v2 и v3, существующие windows-successor.py, gre-readiness.mjs и пины не меняются.

Итог повторного A2 с раннером v2 на 2026-11-16 — остановка на записи 23 (создание VRF)

  • Запуск: windows-successor-v2.py --exact-case local-windows-direct-56-write-vrf-gre-ready-v2-26cf03f3, запуск owned-windows-vrf-f0011b91bb8d3e3642dfbbcb, код выхода 1, 23 записи из 56, complete=false, failure=finite-composition-incomplete-no-replay, failureStage=bootstrap-wan-read сторона 1.
  • Что подтверждено: расширение D12 сработало: записи 19–22 (IPv4 и IPv6 адреса на уже поднятом GRE CHR1), на которых прежний раннер упал бы, прошли. Раннер дошёл до создания VRF.
  • Остановка: запись 23, PUT /ip/vrf на CHR2 (mm_vrf_create_plan), роутер подтвердил (ACK *1), но MCP отчитался state=partial, verification=failed, errorCode=VERIFICATION_FAILED, observedStep=applied. Причина проверки в квитанции не записана (локальная база шага уничтожена вместе с процессом), поэтому остаётся открытой: ошибка проверки MCP при создании VRF на RouterOS 7.24.5 либо несовпадение ожидаемой формы строки.
  • Очистка: автоматический --successor-run отказал (Owned VRF or VRF route outstanding is outside the reviewed cleanup model), как и предсказывалось для префиксов 23–37. Выполнена ручная очистка tmp/mcp-stand-run-a-20261116/manual-cleanup.mjs: 19 удалений по идентификаторам из журнала в обратном порядке, перед каждым проверка принадлежности по маркеру mcp-test-26cf03f3 и повторное чтение после DELETE; четыре PATCH WireGuard пропущены как покрытые удалением родителя. Независимая сверка: 65 из 66 каталогов совпали с базой; /ip/dhcp-client совпал без поля status.
  • Побочная находка (инструмент снимка): перед запуском CHR1 показал расхождение с базой только по полю status строки /ip/dhcp-client. Поле добавлено в список неустойчивых (в документации MikroTik status DHCP-клиента — состояние клиента: bound, rebinding, requesting, searching, stopped, error; https://help.mikrotik.com/docs/spaces/ROS/pages/24805500/DHCP). Старые снимки хешировались с status, поэтому прямое сравнение со старой базой для этого каталога разнородно.
  • Не выполнены: создание и проверка VRF, фазы baseline/isolated/restored с ping в VRF, жизненный цикл WireGuard и GRE с трафиком (A4).

Анализ VERIFICATION_FAILED при создании VRF на 2026-11-16 (локально, tmp/mcp-stand-run-a-20261116/VRF-VERIFY-ANALYSIS.md)

  • Причина не установлена (вариант c). MCP печатает точную причину (шаг, класс ошибки, тег) в stderr дочернего процесса, раннер Windows stderr отбрасывает (mcp-handoff-vrf-20261115.md:13), локальная база шага уничтожена вместе с процессом.
  • Где упало (вывод по коду, не наблюдение): после ACK любая ошибка сохраняет код внутренней ошибки, простые ошибки превращаются в VERIFICATION_FAILED (backend/src/services/vrf-production-execution.ts:42-45, 237). Простые ошибки после ACK бросают только полное перечитывание роутера (vrf-production-read.ts:48) и сравнение до/после (vrf-production-transition.ts:93-98, 334-489).
  • Проверка формы строки исключена: на CHR2 есть /ip/vrf *1 (поля comment, disabled, interfaces, name, перед *0 main), /routing/table *1 (dynamic=true, fib=""), интерфейс VRF *F; все проверки, которые удалось вычислить по итоговому состоянию вручную, проходят. В документации RouterOS (VRF): динамическая таблица с тем же именем создаётся автоматически, порядок записей важен, с 7.14 создаётся виртуальный интерфейс VRF.
  • Вероятные причины (выводы): (1) тайминг при перечитывании: создание VRF поверх активного GRE даёт его падение и подъём (link-downs 0→1 в ту же секунду, когда поднялся интерфейс VRF), перечитывание не атомарно и могло поймать GRE в процессе; (2) модель проверки для прямого перехода GRE неполна для 7.24.5: в vrf-production-gre-cycle.test.mjs прямой переход помечен как не наблюдавшийся вживую; (3) латентно: current-endpoint-address/port у WireGuard-пиров сравниваются как конфигурация (vrf-production-projection.ts:14), хотя наш снимок считает их неустойчивыми.
  • Отличие от прежних успешных запусков (14.11, manual-v33/v36/v39/v40): тогда GRE создавался выключенным на публичном адресе; новый раннер направляет GRE на адреса WireGuard и ждёт, пока он поднимется, поэтому VRF создаётся поверх активного GRE.
  • Следующие шаги: (1) слой раннера v3 сохраняет строки mcp.* из stderr дочернего процесса в child.json (без секретов), иначе любой повтор снова закончится «неизвестно»; (2) локальный unit-тест classifyVrfProductionTransition на состоянии после создания и реконструированном состоянии до; (3) только затем повтор A2 и при необходимости разовое создание VRF на CHR2 с парными чтениями на 0, 2, 5, 10 с.

Итог A2 с раннером v3 на 2026-11-16 — VRF создан, раннер остановился на сравнении каталогов; впервые есть тайминги

  • Запуск: windows-successor-v3.py --exact-case local-windows-direct-56-write-vrf-gre-ready-v3-26cf03f3, запуск owned-windows-vrf-9ccf68cdec393f444ca0716e, код выхода 1, 23 записи из 56. Запись 23 (PUT /ip/vrf, CHR2): MCP applied, verification=passed (в прошлом прогоне то же действие дало VERIFICATION_FAILED: сбой нестабилен, совпадает с гипотезой о тайминге перехода GRE, но не доказан). Остановка: ERR_ASSERTION, этап inner-transition-catalogue-compare, сторона 2, failure=finite-composition-incomplete-no-replay, уже после успешной проверки MCP. Какой каталог и поле различались, в квитанции нет (childDiagnostics пуст: MCP ничего не логировал, остановился собственный equal() раннера).
  • Очистка: автоматический режим недоступен (префикс 23), ручная manual-cleanup.mjs: 19 из 19 с повторным чтением; сверка с базой перед запуском: оба CHR 66 из 66.
  • Тайминги (метки receipt-timing, секунды), ответ на вопрос «почему между командами такой интервал»: всего до остановки 1003 с (16,7 мин) на 23 записи. Отправка запроса на роутер → ACK: 0,06–0,14 с на запись (одна 0,85 с); RouterOS не задерживает. Остальное время внутри цепочки MCP и проверки раннера: подготовка → одобрение 1,3–2,5 с (до 9,7 с для первых записей WireGuard на CHR2); одобрение → intent 3,4–6,1 с (WireGuard и пиры: 25–77 с); ACK → терминальное состояние MCP 3,3–6,1 с (WireGuard: 10–48 с); терминал → verified около 10,4 с постоянно (15–19 с для WireGuard). Простая запись занимает 29–36 с, WireGuard и пиры 80–136 с на пару PUT+PATCH. Чтений каталога на запись: 103 для простой записи (постоянная проверка всех каталогов), 310–472 для первых записей WireGuard. Вывод: время уходит на проверку (сотни чтений каталогов и ожидания MCP), а не на сами команды.
  • Нюанс таблицы: пары PUT+PATCH одного плана делят этапы подготовки и проверки, поэтому суммы по строкам дублируют время; реальная длительность — 1003 с.
  • Следующий шаг: слой v4 с записью различий падающего сравнения (имя каталога/домена и имена полей, без значений) в child.json, затем повтор до остановки; без этого очередной прогон снова не назовёт поле.

Итог A2 с раннером v4 на 2026-11-16 — причина остановки установлена

  • Запуск: windows-successor-v4.py --exact-case local-windows-direct-56-write-vrf-gre-ready-v4-26cf03f3, запуск owned-windows-vrf-ede4262689733a6843d3c9e0, 23 записи, снова остановка на inner-transition-catalogue-compare, сторона 2, после успешного шага MCP на PUT /ip/vrf. Очистка вручную (manual-cleanup.mjs), сверка: оба CHR 66 из 66.
  • compareDiff из квитанции (установлено наблюдением): site=foreign-catalogues, каталог routing_route, строк до 8, после 9, одна добавленная строка *20143030, 7 ключей. Других расхождений нет.
  • Что это за строка (вывод, подтверждает прежний оффлайн-анализ): автоматический маршрут afi=link собственного интерфейса VRF (dst-address — имя интерфейса VRF, routing-table — созданный VRF). RouterOS добавляет его сам при создании VRF. Проверка раннера (exactOwned) учитывает link-маршруты только для интерфейсов-участников (GRE, мост), для интерфейса VRF — нет, и поэтому сравнение «чужих» строк считает её чужой и отказывает. Это дефект модели проверки раннера, а не продукта: MCP шаг подтвердил applied/verified/passed, роутер повёл себя ожидаемо (прежние VERIFICATION_FAILED на записи 23 были нестабильным сбоем другого рода).
  • Предложение: учитывать как принадлежащую VRF ровно одну строку /routing/route с afi=link, dst-address равным имени интерфейса VRF опыта (mcp-test-26cf03f3-vrf-*) и routing-table равным созданному VRF. Любая другая новая строка остаётся «чужой» и по-прежнему даёт отказ.

Считать принадлежащей VRF только строку /routing/route с afi=link, dst-address равным имени интерфейса VRF опыта (mcp-test-26cf03f3-vrf-*) и routing-table равным созданному VRF. Любая иная новая строка остаётся «чужой». Реализация: слой v5 поверх v4, прежние слои не меняются.

Итог A2 с раннером v5, первый запуск на 2026-11-16 — остановка из-за обрыва сети

  • Запуск: windows-successor-v5.py (кейс …-v5-26cf03f3, слой v5: link-маршрут интерфейса VRF принадлежит VRF, решение владельца), запуск owned-windows-vrf-144dbca66c830a3ec29b4d0e, 22 записи из 56, остановка до создания VRF.
  • Причина (наблюдение): failureStage=inner-catalogue-read сторона 2, applyReads: 97 чтений каталогов, из них 1 с error-before-headers, код ABORT_ERR (обрыв чтения CHR2 до получения заголовков ответа). Класс Unclassified. MCP при этом отчитался applied/verified/passed. Это единичный сетевой сбой REST между Windows и CHR2 по интернету (открытый HTTP), а не результат проверки. У чтений каталогов во время записей нет повтора (повтор 150 мс есть только у предпускового GET).
  • Очистка: штатная cleanup-direct.py --successor-run на префиксе 22: 18 из 18, сверка с базой оба CHR 65 из 66 (единственное отличие: задокументированная DHCP-строка UDP/67 в /ip/service).
  • Решение: повтор v5 без изменений. Если обрывы будут повторяться, варианты: повтор прерванного чтения в раннере (правка закреплённой нагрузки, новый слой) или запуск раннера ближе к CHR.

ИСПРАВЛЕНИЕ от 2026-11-16: обе остановки раннера v5 вызваны общим пределом прогона 20 минут

  • Находка: run-owned-native.mjs:125 в нагрузке: const deadline = performance.now() + 1200000; (20 минут на весь прогон). Отметка caseFailed в обоих запусках v5: 1 203 574 мс (owned-windows-vrf-144dbca6…) и 1 204 021 мс (owned-windows-vrf-4cd8b2af…), то есть ровно предел плюс несколько секунд.
  • Исправление прежнего вывода: запись «Итог A2 с раннером v5, первый запуск» объясняла ABORT_ERR единичным сетевым сбоем. Это неверно: ABORT_ERR пришёл от прерывания по общему сроку прогона. Второй запуск остановился на 20 записях на этапе mcp-prepare по той же причине. Вывод про «нет повтора чтений» не обоснован.
  • Следствие: при 45–60 с на запись (103 чтения каталога на запись) 56 записей и фазы VRF с ping требуют около 50–70 минут; раннер на 56 записей физически не мог завершиться. Предел 1200 с ранее никому не мешал, потому что 18-записей диагностика укладывалась в ~15 минут. Остановки v3 (на 23 записи, 1003 с) и v4 (проверка foreign-catalogues) предела не достигали и вызваны другими причинами.
  • Решение: слой v6 поднимает общий предел и другие ограничения длительности до бюджета 2 часа (всё остальное без изменений), отчёт агента с таблицей всех временных пределов прилагается к слою.

Вопросы к продукту, возникшие при анализе таймингов (2026-11-17)

  • Режимы и одобрение (проверено по коду): mcpModeSchema = observer | approval | autonomous (packages/contracts/src/mcp.ts:9); policy.ts:89 требует одобрения человеком только в режиме approval, а также для защищённых объектов и для опасных операций, не разрешённых явно для автономного режима (policy.ts:90-92). Стендовый раннер создаёт подключение сознательно в режиме approval (run-owned-native.mjs:107), чтобы проверять путь одобрения, поэтому каждая запись стенда проходит одобрение. В режиме autonomous обычные операции идут без одобрения; отдельные операции (резервные копии, восстановление, пересборки) по документации требуют одобрения человека и в нём.
  • План (проверено по коду): все 161 инструмента записи называются *_plan: план является единицей политики (лимиты вызовов и мутаций, область серверов и объектов, защищённые объекты, доступность аудита до записи), а не только шагом подтверждения. Составной инструмент вида «создать WireGuard-туннель в отдельном VRF между сервером 1 и сервером 2» в списке не найден: есть примитивы (mm_wireguard_interface_*, mm_wireguard_peer_*, mm_gre_*, mm_vrf_*), клиент составляет цепочку из нескольких планов. 56 записей в стендовом кейсе получаются из того, что раннер создаёт по одному объекту на план.
  • Открытые вопросы владельцу продукта: (1) нужен ли облегчённый путь «план и применение одним вызовом» в режиме autonomous и составные операции верхнего уровня; (2) замер задержки продукта на VPS рядом с CHR без стендовых проверок (простая запись и запись WireGuard) — пункт запланирован после текущего прогона; (3) почему запись WireGuard занимает 25–77 с на одобрение → intent и до 48 с на ACK → терминал при 310–472 чтениях.